О факультете| Попечительский совет| Абитуриентам| Студентам| Преподаватели| Контакты  


Поиск
parta.png
Официальный твиттер-аккаунт Высшей школы (факультета) телевидения МГУ имени М.В. Ломоносова
Снимок экрана 2015-10-22 в 19.32.34.png

07.10.2014

Юрий Любимов: великий, который никогда не был немым

В Москве, в Боткинской больнице, только-только отметив 97-летие, умер Юрий Петрович Любимов. Никаких официальных должностей он в последние три с половиной года не занимал, а в созданном им Театре на Таганке, пытаясь как-то выпутаться из очевидно неловкой ситуации, его даже в официальных бумагах стали называть просто – основатель театра. 

Жизненный путь его не был простым, простою и не может быть жизнь человека, родившегося за месяц до Октябрьской революции, пережившего советскую власть, в общем и даже в частностях – вполне счастливо прожившего с этой властью почти 70 лет, бок о бок, при этом половину этой советской жизни не дыша с нею в унисон, даже те же песни у него получались не за советскую власть, а как бы – против движения. 

.Сказать, что Любимов был смелым, будет не совсем верным – Любимов был одержимым, что считал для себя принципиальным, того старался добиться во что бы то ни стало. В фойе Таганки повесили портреты четырех главных реформаторов театра, по версии Любимова: Станиславский, Вахтангов, Брехт и Мейерхольд – последний в начале 60-х был уже реабилитирован, но вовсе еще не окончательно, не бесповоротно.

Почти каждый спектакль Таганки, быстро ставшей одной из главных точек притяжения театральной Москвы, и не только для театральной публики, – почти каждый спектакль пробивался к публике с боем. И тут Любимов придумал, как пробивать оборону всесильного чиновничества: он сплотил вокруг театра элиту тогдашней художественной, литературной и научной среды – это был весь цвет тогдашней советской, а вернее недосоветской интеллигенции, готовой грудью встать на защиту любимовских спектаклей. Они боролись за «Павших и живых», за «Годунова», часто – удачно, иногда – нет. ..

Театр прямого политического высказывания, как его часто воспринимали наверху, был - и это сегодня все понятнее - театром чрезвычайно изобретательным, во многом эстетским, сложным, ничуть не похожим на прямолинейные выступления «синих блуз». Он только казался избыточно демократичным, доступным – не зря вокруг Любимова всегда были сложные авторы.

И еще очень важная мысль – для тех, кто сегодня спешит осуждать тех, кто сотрудничает с властью, – Любимов всегда находил высоких покровителей, нет, не заискивал, сам не рвался – они сами находили его, потому что власть и тогда, как и сейчас, не была однородна и монолитна. Люди из ЦК, из референтов, или родственники его актеров, или из тех, кто становился постоянным зрителем Таганки, они с удовольствием покровительствовали театру, понимая его ценность не только для Москвы и СССР, но и для всего тогдашнего театрального мира, потому что Любимов, как и «Современник» Ефремова, как БДТ Товстоногова, как Эфрос, вновь вывел Россию в лидеры мирового театра.

Последние его годы были трагичны, путь Любимова напомнил путь короля Лира, с той лишь разницей, что Любимов вовсе не собирался оставлять и делить королевство среди учеников. 

Сперва – уже давно – Таганка разделилась надвое. Оставшись в сентябре 1983 года в Европе, Любимов не был там бедным родственником, нет, он скоро прославился как оперный режиссер. А остался, потому что отважился поставить ультиматум всесильному СССР, то есть оказался тогда смелее всего мира; сказал: или вы мне разрешаете играть три спектакля – «Высоцкого», «Годунова» и «Живого», или – черт с вами, я не вернусь. Спектакли не разрешили. Он остался на Западе…

Вернулся он по приглашению Николая Губенко, с которым скоро рассорился, и Губенко возглавил мятежную половину Таганки. А Любимов восстановил «Годунова», «Живого», «Высоцкого», и его режиссерская жизнь после СССР была разнообразной и богатой, с той лишь разницей, что очень часто он продолжал воевать с Брежневым, Фурцевой и всесильным КГБ, давно переименованным в ФСБ. Но в притихшей Москве его спектакль «Суффле» стал едва ли не единственным откликом на арест Ходорковского – в одиноком противостоянии героя Кафки системе очень внятно прочитывались актуальные российские имена.

Уход Любимова летом 2011 года стал трагической развязкой истории Таганки, но не истории Любимова. Он успел еще поставить «Бесов» в Вахтанговском театре и «Князя Игоря» в Большом. Его жизненных сих хватило и на это испытание, и на то, чтобы через год, уже отметив 95-летие, выйти из многодневной комы. Здоровый крестьянский организм – о своих староверских корнях он поведал в дни 95-летия. И искусство его – было таким же живым, настоящим, плоть от плоти земли русской. Народный герой, то ли Минин с Пожарским на театре, готовый освободить наш театр от всех рутин разом, то ли юродивый из пушкинского «Годунова», с улыбкой говорящий правду всем царям.  


Возврат к списку

Есть вопросы?

Вы можете их задать
по телефону
(495) 939-4461
(495) 939-3749

Электронной почте   
hstv@bk.ru


Слово декана

19.12.2016
Теория и практика - и только потом известность
Виталий Третьяков,
декан ВШТ

Хочу представить студентам два моих новых учебника, ибо именно по ним я буду теперь читать курсы «Теории и практики журналистики» и «Теории телевидения»

Наш факультет 

Наши дорогие студенты… 08.12.2016
Наши дорогие студенты…
Мария Ахвледиани, заместитель заведующего кафедрой журналистики и телевидения ВШТ

Нашему факультету всего восемь лет. Но за эти годы из его стен вышли выпускники, которыми мы гордимся, и очень многие стали нам друзьями

Слово студента

Телевидение как профессия 24.03.2017
Телевидение как профессия
Николай Волков,
студент 1-го курса бакалавриата

Перед каждым из нас рано или поздно встают вопросы: кем мы хотим работать? куда пойти учиться, чтобы получить нужные знания и умения и впоследствии наиболее полно реализовать себя? Ответы на них у всех свои...